Сергей Мачула

«Каждая команда — это единственный в своём роде организм, уникальная машина, которая работает только под твоим руководством, и ты её должен чувствовать, как никто другой»

Сергей Валерьевич, в девять лет вы пришли в футбольную школу «Динамо», где заняли позицию вратаря. Выбор школы и амплуа связан с интересом к личности знаменитого Льва Яшина?

Конечно же, когда в детстве я играл в воротах, то знал, кто такой Лев Иванович, видел старую хронику, но никогда не думал, что в девять лет меня отец привезет в Петровский парк к великому стадиону, где Яшин выступал. Только со временем начал осознавать всё величие этого вратаря, ветераны, мои тренеры динамовские рассказывали, как он играл, какой это был прекрасный человек. Я ездил на тренировки из Калужской области, так что очень много времени проводил в электричках и читал о том, в каком клубе мне представилась честь тренироваться, кто такой Лев Яшин.

Оглядываясь назад, как вы воспринимаете своё решение подписать контракт и выступать за швейцарский футбольный клуб? Было ли оно правильным?

Я считаю, что ни о чём не надо сожалеть в этой жизни. Но здесь не то что сожаление, а именно понимание — уехал рано. Может быть, жизнь по-другому повернулась бы, сложилась бы более насыщенная игровая карьера, потому что уехать в том раннем возрасте за границу — это довольно серьёзный шаг был. Но здесь многое зависело не только от футбола.

Все прекрасно понимают, что в девяностых у нас в стране в целом дела шли не очень хорошо. Тогда динамовский манеж отдали под рынок, и ребята тренировались в коробках зимой в Петровском парке по колено в снегу. Я ни в коем случае не говорю, что это было поколение слабых футболистов. Нет, наоборот, ребята сильнее выросли, но условия, в которых они тренировались, не очень хорошие. И когда молодому парню предоставляется шанс уехать за границу, тем более в такую страну, как Швейцария, я думаю, мало кто не согласился бы.

Кроме того, в то время я был на виду и в юношеской сборной России, и в сборной Москвы. Тогда у нас был титулованный агент, Костя Сарсания, он мне предлагал с ним заключить контракт, но я уже подписал с другой спортивной фирмой. У Кости многие футболисты заиграли, которых он привозил к нам: Данишевский, Павленко, Сонин, Немов — все эти ребята оказались в Высшей лиге. У меня вот не получилось.

Немало было нюансов, которые повлияли на мой отъезд. Если бы время вернуть, я думаю, что не стал бы уезжать тогда и здесь развивался бы как игрок.

С какими трудностями вы сталкивались в «Беллинцоне»? Скучали во время своего пребывания в Швейцарии по России?

Основная трудность — это, прежде всего, разлука с родителями и с друзьями, потому что я приехал в чужую страну, где не было знакомых. Тогда мне агент купил первый сотовый телефон, и мы с родителями раз в неделю созванивались. Русскую речь было приятно слышать. Постепенно там единицами начали появляться люди, которые разговаривали на русском, но всё равно было очень трудно привыкнуть к разлуке.

И самое главное — это, конечно же, менталитет. Я себе ответил на вопрос: «Почему многие наши футболисты не смогли заиграть за границей?». Могу объяснить. Например, меня всю жизнь учили, как в старой советской школе, что ты перед игрой должен настраиваться, не должен ни о чем думать, ни музыку слушать. Меня некоторые тренеры ругали, выгоняли из клубного автобуса за то, что я там посмеялся. Здесь же буквально после разминки команды, за пятнадцать минут до начала игры, в раздевалке включается музыка, люди берут барабаны и начинают танцевать вместе с главным тренером — для меня это был шок. Это и есть менталитет, здесь чуть-чуть по-другому всё.

Как вы преодолевали языковой барьер в общении с иностранными тренерами и игроками?

По поводу языка у меня в контракте было написано то, что я в течение определённого времени должен был выучить основные слова итальянского языка, так как в Швейцарии на нём разговаривали. И здесь мне клуб выделил учителя итальянского языка. У меня были уроки и, в принципе, я с этим справлялся. Через какое-то время уже более-менее мог посмеяться в раздевалке с ребятами, о чём-то на бытовом уровне поговорить на итальянском. Так что «parlo italiano poco poco». (Улыбается.)

Также помогали адаптироваться взрослые игроки. У нас в команде был игрок сборной Швейцарии Кубилай Тюркильмас. Он жил в Беллинцоне, помогал немного освоиться, приглашал в гости чай с семьей пить, на какие-то прогулки.

С тренерами разговаривал через переводчика, так обсуждали стратегию, тактику какую-то определённую или то, что было непонятно мне. А когда подучил язык, сам начал общаться со всеми.

Когда «Динамо» не приняло вас обратно, наверняка вам было непросто смириться с этим фактом. Сколько времени потребовалось на то, чтобы отпустить эту ситуацию и идти дальше?

Самый такой терзающий душу вопрос. (Улыбается.) Когда вернулся, в принципе, тренеры дублирующего состава были не против, и я начал тренироваться с дублем «Динамо». Тогда клубом руководил великий игрок, после Льва Яшина, наверное, вторая динамовская звезда — Виктор Григорьевич Царев. Он увидел меня на базе в Новогорске и горозно сказал: «Что он тут делает?».

У меня с ним отдельная история. Когда я был маленький и приезжал на тренировки из Калужской области на электричке, он меня, как говорится, очень полюбил. В своём кабинете мне чай наливал, даже иногда кормил, потому что знал, парень из деревни приезжает в Москву на занятия, ему тяжело. Наверное, он увидел какое-то предательство в том, что я уехал за границу. Но только сейчас, спустя годы, понимаю, что он имел в виду под словом «патриотизм», кто такой Лев Яшин и то, что это один из тех игроков, которые были преданы всю жизнь одному клубу.

Один раз я увидел его в метро на станции «Динамо», когда он спускался вниз, побежал за ним, остановил и говорю: «Виктор Григорьевич, как же так? Я вот хочу назад», а он мне сказал: «Сергей, не подходи ко мне больше». То есть сильно на меня обиделся.

Когда эта вся ситуация случилась, я понимал, что раз уж мне здесь нет места, надо двигаться дальше, как бы паузы большой нельзя было держать. Какое-то время я был в «стане врага», в «Спартаке», и потом продолжил путь во второй Лиге. Эта ситуация была очень тяжелой, но надо было искать какие-то клубы в России, с кем-то подписывать контракт.

Каково было снова встретиться со старыми друзьями в составе команды ветеранов московского «Динамо»?

Здесь весь парадокс заключается в том, что старые друзья — это не совсем друзья, а мои наставники, и меня они называли самым молодым ветераном «Динамо» Москва.

Я уже называл имя Виктора Григорьевича Царева, и как бы странно не звучало, он меня выгнал, потом он же меня в это движение назад и подтянул. Когда мы встретились на старом стадионе, он меня увидел, мы подошли, обнялись, Виктор Григорьевич поинтересовался моей жизнью и карьерой, а затем рассказал о том, что все ветераны клуба собираются на «Динамо», играют в футбол каждую неделю. И я начал потихоньку туда ездить.

Там собирались мои бывшие тренеры, которые в «Динамо» тренировали меня — Сергей Николаевич Силкин, Александр Алексеевич Минаев, Владимир Владимирович Козлов. И вот мы все вместе собирались, играли в футбол. Конечно, у меня всё это вызывало большие эмоции, ведь, вроде, столько лет прошло, уехал из «Динамо» и вот опять начал ездить на всякие турниры, играть в воротах.

Поближе познакомился с Владимиром Михайловичем Пильгуем, который в воротах менял Яшина в том, последнем, матче. Ну и, конечно же, много общения было с Валентиной Тимофеевной Яшиной, женой великого вратаря, которая рассказывала истории о Льве Ивановиче.

Какой этап тренерской карьеры вы считаете наиболее важным?

Это на сто процентов тот этап, который я прохожу в данный момент, прошедший год и нынешний наиболее важные для меня. Мне доверили должность главного тренера «Росича». Для меня это новый опыт: я работал тренером вратарей, потом вторым тренером и дорос до основного тренера. Очень много нового узнается, кроме того, клуб — пятикратный чемпион Москвы, и это большая ответственность, нужно держать марку, каждая игра, соответственно, проходит как очень важная, клуб зарабатывает много званий на российской арене. Мы получили звание лучшего любительского клуба, это ещё больше обязательств накладывает.

Сейчас идёт формирование моего тренерского имиджа: как буду себя позиционировать, преподносить, взаимодействовать с игроками «Росича». Я очень люблю учиться, познавать что-то новое, езжу на все возможные стажировки, общаюсь с тренерскими штабами Высшей лиги. Зимой как раз я был на сборах с футбольным клубом «Ахмат». Спасибо большое Андрею Викторовичу Талалаеву за то, что даёт такую возможность обучения, предоставляет возможность поприсутствовать, посмотреть, как всё происходит изнутри. И получается, что все эти шаги вперёд принесут несомненную пользу.

Какие задачи вам, как главному тренеру ФК «Росич», чаще всего приходится решать?

Смотря, кто ставит эти задачи. Задачи от руководства — это всегда только чемпионство, победа во всех возможных кубках, суперкубках, чемпионатах России.

В самом быту тоже много задач. Мы не являемся профессионалами, хотя у нас играло много профессионалов — Евгений Макеев, Александр Филимонов, сейчас играет Игорь Киреев. И все они, поигравшие на высоком уровне, говорят, что «Росич» поднял такую планку, что в профессиональном футболе такого не увидишь: у нас есть и экипировка, и полноценное хорошее натуральное поле, руководство клуба делают то, что реально возможно, смотрят, как можно помочь всем футболистам.

Задачи решаются очень разные. Это общение с футболистами, с ребятами, которые не являются, как я уже говорил, профессионалами, — у них своя жизнь, работа, есть свои цели и задачи, и здесь надо всё это совместить. Но у нас с руководством «Росича» уже такой большой опыт накоплен, что мы понимаем, как это всё соединить и что сделать, чтобы команда добивалась результатов и успехов.

Очень сложно проводить тренировочный процесс любительского футбольного клуба. Здесь надо контролировать физическую нагрузку, потому что ребята, кроме твоего клуба, ещё играют на различных соревнованиях и приходят уже где-то, может, уставшие, поэтому надо какую-то тренировку поменьше провести, где-то побольше физической нагрузки дать. Здесь очень специфическая работа идет, но тем она интереснее.

Как вы считаете, должен ли главный тренер поддерживать соответствующий имидж?

Конечно же, любой тренер, который хочет чего-то достичь, тренер-максималист, имеет свой имидж, и не только в плане одежды, но и в плане стиля игры. Здесь ни в коем случае нельзя копировать каких-то великих Лобановских, Фергюсонов — у тебя ничего никогда не получится, если ты будешь по конспектам этих тренеров работать со своей командой. Каждая команда — это единственный в своём роде организм, уникальная машина, которая работает только под твоим руководством, и ты её должен чувствовать, как никто другой. Если в этой машине какая-то деталь начинает подламываться, то вся она перестанет работать. Каждая тактика игры, расстановка футболистов зависит только от твоих игроков. Только подбор футболистов даёт тебе полет мысли, как ты хочешь сыграть ту или иную игру. И в каждой игре тренер должен доносить до своих подопечных, что хочет сделать, как хочет сыграть. В этом и состоит имидж тренера: как тебя слушают игроки, как ты говоришь, как ты себя преподносишь игрокам. Ты обязательно должен иметь своё мнение.

Какой тип вратаря вам нужен?

Современных тенденций игры вратарей сейчас очень много, и здесь разные аспекты нужно учитывать. По современной антропометрии вратари — это, прежде всего, высокие ребята, за 190 см, которые вверху будут снимать все навесы в штрафную. Ну и сейчас важный критерий для вратарей — игра ногами, нужно подстраховывать защитника. И все современные топ-клубы, когда покупают вратаря, ищут такого, который умеет играть ногами. Есть и другие аспекты: игра «на ленточке» ворот, ввод мяча в игру и т. д., но основные я уже назвал.

Почему карьера вратаря продолжается, как правило, гораздо дольше, чем у полевых игроков?

Просто двигательная активность на поле у вратаря не настолько высокая, как у полевого футболиста. При должном отношении к себе вратари доигрывают даже до сорока лет. Вратари и созревают позже. Конечно, есть единицы, такие как Акинфеев, которые в 17-18 лет заигрывают, но в основном они в 25-26 лет начинают только показывать какую-то хорошую игру, стабильность.

Насколько вы удовлетворены тем, как выступает ваша команда на чемпионате Москвы среди любительских футбольных клубов дивизиона «А»?

Прошлый год был удовлетворительным, мы стали чемпионами, выиграли Суперкубок, дошли до финала Кубка, где проиграли в финальном матче, и на России выступили удачно. Сейчас год начался двояко, можно так сказать, потому что мы, вроде, стартанули хорошо, выиграли Суперкубок, прошли несколько туров на очень хорошем уровне, но потом пошел небольшой спад. На данном этапе команда в тройке, но это только начало чемпионата, и вся борьба впереди. К тому же по итогам того года нас покинуло много игроков, которые, видимо, перестали уже получать мотивацию, выигрывать что-то. Команда в этом году формируется новая, и из-за этого есть небольшие сложности.

На кого из молодых игроков ФК «Росич» вы возлагаете большие надежды?

Фамилии, я, наверное, называть не буду, как-то не очень корректно. Есть, конечно, ребята перспективные из нашей молодежной команды, из дубля. Также есть игроки, которых мы подтягиваем в основную команду, и они начинают приобретать хороший опыт в дивизионе «А». Лучшие, которые начинают играть в основном составе, сразу берутся, как говорится, на карандаш агентами, потому что, если более-менее молодой игрок показывает достойный футбол, его сразу же зовут пробовать себя в дивизион выше. У нас есть ребята, которые от нас уходят во вторые лиги, и мы только рады, если наш воспитанник пройдет дальше и будет играть. Никому не препятствуем, мы только за, чтобы ребята играли на хорошем профессиональном уровне.

Практически в каждой команде есть болтливый игрок, или который часто опаздывает, слишком эмоциональный или постоянно что-то забывает. Какое поведение футболиста вас больше всего возмущает?

По поводу игрока-балагура — я только за таких футболистов. Эти весельчаки, которые подшучивают над другими, делают суперскую атмосферу в команде. И в «Росиче» есть парень, который, как говорится, держит в тонусе всю команду шутками, прибаутками. Это всегда эмоционально взбадривает команду и поддерживает ребят в хорошем настроении.

Для меня самое главное, чтобы парень мог все что угодно делать, творить. Смеяться — это, конечно, хорошо, но нужно, чтобы выходил на поле и показывал, что он — настоящий футболист, и в какой бы команде он не играл, на любом уровне, он должен показывать хороший, качественный, добротный футбол и выполнять установку тренера.

Если футболист начинает пререкания во время того, когда говорит тренер, то это больше всего раздражает, это несоблюдение игровой дисциплины. Если игрок не контролирует свои эмоции, заводится, ведется на провокации и начинает получать карточки, то лучше такого поменять, потому что он принесёт больше вреда, чем пользы.

Сергей Валерьевич, какими советами вы хотели бы поделиться с молодым поколением вратарей?

Прежде всего, если все-таки парень решил встать на ворота и выбрал такое сложное амплуа, как вратарь, скажу, что это очень большая ответственность. И если ты изначально не готов к выполнению большого объема нагрузки как психологически, так и физически, то лучше свой выбор не делать в пользу вратарской профессии, потеряешь много времени, надежд. Надо всё взвесить и очень четко всё понимать. Старшему поколению, в свою очередь, вовремя нужно подсказать. А если парень горит душой, не видит себя без вратарских перчаток — то только вперёд. Никакие трудности настоящему голкиперу не помешают пройти большой жизненный путь.

Добавить комментарий