Евгений Звездин

«Когда ученик превосходит своего учителя, это очень хорошо для наставника, тогда этот учитель очень горд и за себя, и за ученика»


Евгений, вы пришли в спорт в 1996 году. Занятия по боксу в 90-е сильно отличались от того, с чем сталкиваются в тренировочных залах современные спортсмены?

Пожалуй, сами тренировки не сильно отличаются. Конечно, сейчас добавились какие-то новые моменты, упражнения, потому что идёт взаимодействие между тренерами, друг у друга учимся, можно много чего в интернете посмотреть. Отличается экипировка. Её у нас было недостаточно. Были ещё волосяные перчатки советские. Не было ни боксёрок, ни формы хорошей, её даже купить негде было, а сейчас же это можно сделать в интернете, в магазине. Ребята, кто в сборную России попадал, потом эту форму нам передавали, мы её берегли как зеницу ока. Те же боксёрки, например, мне достались — у них подошва, наверное, менялась раз пять, остался только верх. (Смеётся.) А сами занятия сейчас — да, может быть, более разнообразные, но основа всё равно остаётся той же: также работа на снарядах, в парах, школа бокса, общая физическая подготовка.

Вы пошли по стопам отца. Он пристально следил за вашими результатами, прогрессом? Заставлял тренироваться, когда не хотелось?

По сути — да, я пошёл по стопам отца. К тому же, мой тренер — его тренер. И все знали, что отец у меня занимался боксом, неплохо выступал.

Отец был очень занятым человеком, но, в принципе, уделял мне внимание. На соревнования ходил в Минусинске. Правда, никогда никуда со мной не ездил, доверял тренеру, знал, что всё будет в порядке.

Если бы не отец, который в своё время занимался боксом, вы выбрали бы другой вид спорта для себя?

На этот вопрос мне сложно ответить. Меня как в девять лет привели на бокс, больше я другими видами спорта вообще не интересовался. Возможно, например, дзюдо — мне оно нравится как вид спорта. Я и сейчас соревнования смотрю как по боксу, так и по дзюдо. Нравится в нём динамика, борьба.

Вы становились чемпионом всероссийских и международных первенств и турниров. Какая победа принесла самую большую радость?

Больше всего запомнилось, когда я в первый раз выиграл первенство края — это был 1998 или 99-й год. Мне вручили грамоту, медаль. И такая гордость была, что домой ехал с высоко поднятой головой. Эмоции переполняли, эта победа запомнилась на всю жизнь.

В интервью для нашего журнала «Кадет» вы отмечали, что для вас, как и для любого профессионального спортсмена, важна победа любой ценой. А что бы вы предпочли: поражение в яркой борьбе или банальную победу?

Я бы предпочёл победу в яркой борьбе. (Смеётся.) Но, если честно, не знаю. Где-то нужна и унылая победа: просто надо побоксировать так, чтобы выиграть, но не травмироваться, чтобы дальше потом выступать, так как следом будут более ответственные соревнования. Каждый спортсмен сам строит свою карьеру, знает свою деятельность. Где-то тренер его даже должен притормозить, мол, сильно не гони лошадей, как говорится, потихоньку, на тихой волне просто выиграть. Где-то надо, наоборот, ярко показать себя. Например, на первенстве России, где идёт отбор в сборную, чтобы тренеры тебя заметили.

Вы проводите в Минусинске турнир памяти тренера Анатолия Павловича Савченко, который был вашим наставником и оказал большое влияние на развитие бокса в городе. Как обычно проходят эти соревнования. Кто ещё принимает участие в организации?

Соревнования были довольно крупные в этом году. К нам приезжали команды не только из регионов России, но и сборная Монголии, Беларуси. Турнир хороший. Помогают воспитанники Анатолия Павловича. Большую помощь оказывает спортивная школа олимпийского резерва Минусинска имени В. П. Щедрухина, там Анатолий Павлович работал, я работал и как спортсмен ещё занимался. Помогают администрация города, предприниматели и просто неравнодушные люди. Как говорится, с миру по нитке — будет верёвка. Вот так совместными усилиями собираем деньги, призы, договоримся с размещением, так как людей много приезжает. Я считаю, что турнир лучший у нас в Красноярском крае среди турниров такого масштаба, уровня. Организация поставлена ещё Анатолием Павловичем, мы вместе проводили очень много крупных турниров: и первенство федеральных округов, и первенство центральных советов, всё на очень высоком уровне. Так что можем хоть первенство России, хоть какой-то очень значимый международный старт провести.

Говорят, детей тренировать сложнее, чем взрослых. Почему вы решили стать наставником именно для юных спортсменов?

Я вообще тренерскую деятельность рано начал, ещё когда учился в «педе». Начал проводить занятия, когда Анатолий Павлович был занят или уезжал на соревнования. Он был единственным тренером в зале, вот я оставался и проводил тренировки. Наверное, с 18 лет начал тренировать, а уже в 21 год конкретно работал и сам ещё выступал.

Мне нравится, когда приходит, ребёнок, который вообще ничего не умеет, а с годами ты видишь, как он растёт, меняется, как у него даже характер другим становится, относится по-другому вообще ко всему окружающему. Вначале он, например, проигрывает, плачет, потом своим трудом, трудом тренера начинает выигрывать, достигает каких-то результатов. Это же очень приятно, это самое главное в жизни для тренера. Потом они людьми хорошими становятся, помогают. Иногда на соревнования надо отправить, а денег не хватает, обращаешься, и идут навстречу. Приятно, когда они потом не забывают, звонят, поздравляют с праздниками, где-то и встречаемся, по жизни вместе идём.

Несколько лет назад американскими врачами был поднят вопрос о запрете детям заниматься профессиональным боксом. Что бы вы могли сказать медицинским работникам, которые выступают против детского бокса?

У нас вопрос этот встал после нескольких случаев со смертями, но не после любительских боёв, а после профессиональных. Стали говорить, что надо проходить более полное медицинское обследование. И 10 лет назад ввели требование, чтобы на каждые соревнования предоставлялись результаты МРТ головного мозга. Врач соревнований читает каждое заключение, и бывает, кого-то не допускают, либо требуется консультация, допустим, лора, невролога.

Но вот почему именно бокс попал под раздачу? Ведь у нас же есть, допустим, рукопашный бой. Как-то раз поехал на первенство края по рукопашному бою — столько нокаутов я за всю свою карьеру как боксёра, так и тренера не видел, сколько за день там их посмотрел. Конечно, вид спорта молодой, ему учиться просто надо. Да, бокс — вид спорта как бы мужской, но сейчас и девчонок много занимается. Но дети все в перчатках тренируются, а ими сильно и не ударишь, там кулак-то не сжимается, есть шлемы — то есть вся необходимая защита. Но в любом виде спорта бывают травмы — без этого никуда. Разве футбол менее травматичный или хоккей? Ну, что бы я сказал этим американским учёным? Профессиональным боксом детям, да, нельзя заниматься, а обычным, любительским, олимпийским, почему бы и нет.

Ваши спортсмены показывают высокие результаты на соревнованиях различного уровня — от первенств России до чемпионатов мира. Как считаете, если ученик превзошёл учителя, значит ли это, что наставник выполнил своё предназначение?

Ученик всегда должен превзойти своего учителя, если этот учитель хороший, в любом виде деятельности — хоть в спорте, хоть в науке, хоть в творчестве. Когда ученик превосходит своего учителя, это очень хорошо для наставника, тогда этот учитель очень горд и за себя, и за ученика. (Улыбается.)

Ваш воспитанник Марк Петровский — заслуженный мастер спорта России по боксу, чемпион России и мира. Марк всегда беспрекословно выполняет все ваши требования?

Конечно, Марк беспрекословно выполнял мои требования, он вообще достаточно упёртый человек. Бывало, конечно, и ругался с ним: говоришь ему, что надо сделать по-другому, а он всё равно по-своему делает. Помню, у него кулак не доворачивался, вот я боролся с этим год, может, два, но так он у него всё равно не до конца доворачивается. Может, физиология такая. Бьёт сейчас уже нормально, всё хорошо, но прям как учат в школе бокса, нет у него такого доворота. А так Марк трудяга, пахарь, очень дисциплинированный, воспитанный юноша, нисколько не зазвездившийся, хоть и чемпион мира. Всегда придёт, когда приезжает, с молодыми боксёрами разговаривает, что-то им рассказывает, где-то на соревнованиях со всеми, кто подходит, сфотографируется, поговорит. Человек полностью положительный, очень мало таких. И мне, наверное, повезло, что такой воспитанник попался. Да, где-то мы его натренировали, какую-то подвижку ему дали, ведь к тренеру попадает алмаз, а чтобы получился бриллиант, наставник его ограняет. Таких очень мало алмазов у нас вообще во всём мире. (Улыбается.)

Вы живете и тренируете в Минусинске — небольшом городке, который, так скажем, находится на периферии. Как считаете, у вас есть все возможности для того, чтобы спортсмены могли выходить на высокий уровень или ребята со временем так или иначе перебираются в более крупные города?

Наш город, можно сказать, вообще оторван от центра. Например, от Москвы там четыре тысячи км. Тяжело даже куда-то выезжать. Такие города вообще больше детско-юношеского спорта, а ребята, кто уже более-менее серьёзно занимается, стараются поступить куда-то в центр — либо в Красноярск, либо в Новосибирск, но лучше, конечно, в Москву, Питер. Стараемся к хорошему тренеру их там пристроить, чтобы дальше путь боксёрский продолжали. А у нас здесь, сами понимаете, например, чтобы доехать до Москвы, если на самолёт денег нет, на поезде трое с половиной суток. Съездить в Иркутск — двое суток, в Читу — трое. С авиасообщением тоже не очень. Вот Марк нормально учился, в сборной был. До мастера спорта его довели, члена юниорской команды России. Попал в хорошее место, в хорошие руки — к заслуженным тренерам России Николаю Дмитриевичу Хромову и Сергею Геннадьевичу Смирнову. Николай Дмитриевич был много-много лет главным тренером мужской сборной России, на четырёх Олимпиадах возглавлял команду. Довёл нашего воспитанника до ума, до чемпиона мира. Он хотел его, конечно, до Олимпиады довести, но здесь, видите, у нас некоторые проблемы получились со спортом — недопуск на Игры. Олимпиаду можно забыть уже.

Вот так стараемся, что-то делаем. В маленьких городах тренируем, как говорится, для метрополии, а там наши ребятишки уезжают дальше уже. Но хорошо хоть, что потом нас поминают добрым словом.

Наблюдаете ли вы за какими-либо крупными событиями в мире бокса?

Обязательно. Следим не только за профессиональным боксом, но и за любительским. Смотрю все чемпионаты, первенства России, чемпионаты мира, Европы по возможности. Профессиональный бокс тоже смотрим, потому что много знакомых парней среди выступающих, с которыми вместе когда-то были в юношеской, юниорской сборной, которых когда-то тренировал. Интересно смотреть за их прогрессом, как ребята на профессиональном ринге выступают. За Марком вот наблюдаем.

Евгений, какими советами вы могли бы поделиться со своими коллегами?

Главный совет — никогда не опускать руки. Также считаю, не стоит сильно детей ругать, ведь боксёр-воспитанник — это же лицо тренера, как ты его натренировал, так он и боксирует. Да, на каком-то уже более высоком уровне бывает, что где-то и голос повысишь, не без этого, но с маленькими, юными спортсменами, я считаю, надо как-то находить общий язык. Не то что сильно мягким быть, но приходить к какому-то общему консенсусу. И, конечно, работать, работать и ещё раз работать. Без труда не вытащишь и рыбку из пруда. Всё заключается в желании и трудоспособности как самого тренера, так и его учеников. Если у тренера глаза горят, то и учеников тоже такое наблюдаешь.

Добавить комментарий